Последние публикации

Александр Свистунов рассказал, кто позвал его в департамент градостроительства и архитектуры, какие у него отношения с замом мэра Александром Спасибко и как правильно использовать инвесторов.

Когда три месяца назад вас назначили и.о. главного архитектора, у нас сложилось впечатление, что именно вы победите на конкурсе. Впечатление оказалось не ошибочным.

Спасибо, это приятно.

Вопрос в другом: чувствуете ли вы ответственность?

Чувствую, я очень ответственный человек, очень ценю и дорожу доверием. Я привык жить по совести, и для меня очень важно, чтобы моя совесть была чиста. Это очень ответственная должность.

Но у вас есть поддержка со стороны КГГА…

Есть. Если бы ее не было, я бы не шел дальше.

Так вот, мы делали ставку на вашу кандидатуру именно из-за поддержки ее со стороны КГГА.

Ну какая поддержка? Поддержка в том, что у меня совпадают взгляды и векторы…

Вас называют человеком Александра Спасибко.

Вот в чем дело! Вы ставили на меня, потому что сопоставили со Спасибко? Рассказываю. Десять лет назад у нас действительно был общий проект, точнее, он выступал заказчиком, а наше бюро – проектировщиком. Речь идет об отеле Intercontinental. После этого так сложилось, что мы не пересекались ни по объектам, ни по работе. Я прекрасно понимаю Александра Валериевича, когда он мне позвонил и предложил попробовать себя в госслужбе – я думаю, я же был не единственным, кому он позвонил.

То есть, это все-таки он предложил вам прийти в департамент?

В департамент – да. Это было так: «Есть желание попробовать силы?», – «Я подумаю». И все. Причем когда я шел в департамент, у меня не было четко мысли стать главным архитектором. Но уже на конкурс я шел осознанно и с четкой целью. Но если вы говорите о каком-то админресурсе, то это совершенно неуместно. Я туда пошел только потому, что мне очень нравится направление всей команды КГГА, в котором они хотят двигаться. В первую очередь – это мэр, его видение, его желание что-либо сделать.

Вы можете сформулировать это видение?

Европейская, уютная, комфортная столица. Чтобы киевляне могли гордиться тем, что они киевляне. Меня часто спрашивают: «На какой город вы бы хотели, чтобы был похож Киев?». Я говорю: «Ни на какой». Потому что есть все для того, чтобы Киев оставался Киевом, у него есть свое лицо и его важно не испортить. Развиваться, но не испортить.

Участники конкурсной комиссии, выбиравшей главного архитектора, жаловались на отсутствие у многих кандидатов должного образования и необходимого опыта. Расскажите о ваших образовании и опыте.

Мне очень повезло в жизни, у меня были хорошие учителя, которые позволили мне быть сегодня на этом месте и находить общий язык с коллегами и не только. После школы, в 1993 году, я поступил в КИСИ на архитектурный факультет. У меня на кафедре преподавал Валентин Ежов, бывший главный архитектор Киева (в 1981-1987 годах – ABCnews). И так у меня сложилась жизнь, что уже после третьего курса я начал работать у Сергея Бабушкина, который являлся главным архитектором Киева (с 1996 по 2003 годы – ABCnews). Эти люди дали мне колоссальный опыт и возможность поверить в себя и начать развиваться. Также я благодарен родителям, которые каким-то образом увидели во мне задатки архитектора и поддержали меня при поступлении в КИСИ. Мне удавалось совмещать учебу и работу, я получал все больше опыта, мне доверяли все более серьезные объекты. Мне посчастливилось, что я в достаточно молодом возрасте принимал участие в проектах реконструкции «Премьер Палаца», «Леонардо» и других объектов. В Intercontinental я уже был автором проекта.

Главный архитектор Киева: «Спальные районы должны прекратить свою спальную жизнь» 

Вы довольны своими проектами?

Не могу сказать, что мне что-то нравится.

Почему? Вы спроектировали тот же Intercontinental, а сегодня он вам не нравится?

Я не могу сказать, что он мне не нравится, просто сегодня какие-то вещи я бы спроектировал иначе. Это нормально. Я не могу давать оценку своим объектам, гораздо важнее, что о них говорят другие. Мнения у людей бывают разные, но когда проходит какое-то время, и люди не говорят о каком-то объекте как о таком, который нужно снести, значит, наверное, ты сделал что-то правильное.

Есть такие объекты, спроектированные бюро Сергея Бабушкина, которые вам бы хотелось снести?

Когда речь идет об архитектуре, скульптуре, памятниках, неудачных градостроительных решениях, то это звучит очень категорично и жестко, я не люблю так говорить. Сказать, что в том или ином случае я поступил бы иначе, я могу. Впрочем, не ошибается тот, кто ничего не делает. Есть ошибки, которые можно увидеть только спустя время или только при тех или иных обстоятельствах. Я вообще стараюсь не критиковать коллег, потому что я сам как проектировщик и архитектор понимаю, что ты обусловлен множеством факторов: есть инвесторы, обстоятельства, нормы.

Вы говорили, что поддерживаете идею о разделении полномочий ГА и директора департаменте, но вам было необходимо время подумать о том, в каком виде это сделать. Успели подумать?

Конечно, успел. Тяжело совмещать эти две стихии. Чтобы все было идеально, ты должен быть глубоко во всех этих процессах. У главного архитектора, я считаю, должно быть немного больше полномочий, чем у директора департамента, потому что ты являешься человеком, которые несет стратегию и смысловую нагрузку на город вместе с руководителем города, который тебе доверяет. Если бы эти должности были разнесены между разными людьми, время показало бы, правильно это или инет. Но сейчас две эти должности для одного человека – очень большая нагрузка. Я человек творческий от начала и до конца.

Было бы странно, если бы я не спросила вас о градостроительной документации. Что с ней?

Это то, на что я трачу максимальное количество своего времени. Именно на то, чтобы мы наконец-то получили нормальным путем полноценные градостроительные документы: генплан, зонинг, ДПТ.

В каком порядке?

Именно в таком, как я назвал.

Где здесь место для опорного историко-архитектурного плана?

Опорный план является составляющей генплана. Это важнейший документ. Его проект разработали, но к нему еще есть замечания, в департаменте идут обсуждения по этому документу.

Но после него придется снова переделывать проект генплана.

Корректировать.

Проект генплана разрабатывается на период до 2025 года. Пока все эти корректировки будут внесены, пройдет еще пара лет. Когда 2025 год изменят на более дальний срок? Есть ли смысл разрабатывать проект генплана на 7 лет?

Есть смысл дойти до конца, чтобы начать разрабатывать тот документ, который нужен всем – это зонинг. Это регуляторный документ, который нам позволит действовать чисто, прозрачно.

Пока зонинга нет, в Киеве активно разрабатываются ДПТ. Это правильный порядок событий?

Это единственный градостроительный документ, который на сегодняшний день дает нам возможность увидеть проблематику города – по инфраструктуре, по детским садикам, по школам, по плотности застройки и т.д.

Но разрабатываются-то они за средства инвесторов.

Потому что это колоссальные деньги.

Но учитываются в этих ДПТ прежде всего интересы инвесторов.

Нет. Градостроительная документация – это норма, закон, они одинаковые для всех. Моя бы воля, будь то инвесторы или бюджет, если бы мы покрыли весь Киев детальными планами территорий, которые нам покажут проблематику всех районов, я был бы счастлив. Потому что, повторюсь, это единственный документ, который позволяет показать социальное обеспечение, инфраструктуру и плотность населения. Если разработка ДПТ происходит не за бюджетные деньги города, которые мы можем распределить и потратить совершенно на другое, а за счет инвесторов, то ради бога. В любом случае, проектировщик несет ответственность и должен выполнять все по закону, потому что он отвечает за это своим сертификатом, и его дальнейшее будущее в Киеве зависит от того, насколько он выполнил все необходимые нормы. Лично я не раз отказывался от проектирования тех или иных вещей, потому что я понимал, что намерения инвестора я не смогу удовлетворить ни в коем случае. Разработку ДПТ многие воспринимают как зло, потому что это за деньги инвесторов…

Мне кажется, скорее потому, что сначала должен быть разработан зонинг, а потом ДПТ.

И ДПТ, и зонинг могут быть вместе. Мало того, у нас есть четкое понимание, что только ДПТ способны показать проблематику. Вы не сделаете нормально зонинг, когда у вас не будет информации о том, нужна здесь школа или не нужна. Это как буквы алфавита: если у вас не будет букв, вы не сможете составить слово. Я считаю, что градостроительная документация должна формироваться на потребностях населения, мы должны делать все для людей, а инвесторами мы должны пользоваться. 

Источник: ABCnews
Автор: Наталья Кушнир

Последние публикации

Оставить комментарий